Лаврентьева Т.В. -кандидат психологических наук, старший научный сотрудник профессор кафедры Дошкольной педагогики и психологии.

Татьяна Владимировна, что подтолкнуло Вас к выбору профессии психолога?

Моя собственная несознательность. За меня выбрал профессию мой папа. Он был знаком с рядом достаточно известных психологов и посоветовал мне выбрать профессию психолога.

Где Вы получили психологическое образование?

На Психологическом отделении Философского факультета Московского государственного университета.

Были ли среди Ваших наставников знаменитые, общепризнанные психологи?

Да, самые знаменитые психологи были моими учителями психологии. Это, так называемая, школа Выготского: Алексей Николаевич Леонтьев, Александр Владимирович Запорожец, Петр Яковлевич Гальперин. Несколько особняком, но тоже психологом, причисляющим себя к этому направлению, был Александр Романович Лурия.

Как Вы попали в МГППУ на факультет ПО?

В этот Университет я попала в связи с процессами, которые проистекали в нашем обществе, когда отдельные научные заведения постепенно прекращали свое существование. В частности, институт, где я работала, а именно, Институт дошкольного воспитания, который в свое время возглавлял Александр Владимирович Запорожец, постепенно распался и превратился в нечто другое. Метаморфозы, которые с ним проистекали, не оставляли места для тех занятий, которые меня интересовали, а именно: занятий познавательными процессами и психологическим консультированием.

Этот Университет был создан сначала как колледж, в котором я преподавала, а потом превратился в Московский городской психолого-педагогический университет, выросший из колледжа. Я продолжала в нем работать и, в конце концов, окончательно перешла сюда.

Какие проблемы психологии Вас сейчас интересуют? Какие курсы вы читаете?

Я читаю два курса: курс «Введение в дошкольную практическую психологию» и курс «Нестандартный дошкольник».

На проблемном семинаре «Реформа дошкольного образования: взгляд с позиций культурно-исторической психологии». 2004 г.

У Вас есть какие-то особенности в стиле преподавания?

Я придерживаюсь следующей точки зрения: то, что можно прочесть в книжках, то студенты пусть читают в книжках, тем более, что сейчас существует такой замечательный инструмент познания как Интернет. В своих лекциях я стараюсь дать возможность студентам задуматься как над разными психологическими представлениями или теориями, так и над практическим их воплощением в вариантах методик, тестов, развивающих и психокоррекционных форм работы. Вот таким образом я стараюсь строить свои курсы.

Что Вы считаете своими главными достижениями в психологии?

Своим главным достижением в психологии я считаю вот что… Я никоим образом не считаю себя человеком теоретического склада, я полагаю, что я неплохой практический психолог. И в этой связи я думаю, что если в каких-то случаях та работа с детьми или взрослыми — воспитателями, родителями — бывает эффективной (а это всегда видно в практической работе), то это и есть мое достижение.

Вы получали награды за свои профессиональные заслуги?

Дело в том что, у меня своеобразное отношение к наградам. Я думаю, что это тоже своего рода протестный комплекс. На протяжении жизни меня награждали многочисленными грамотами, значками, но, честно говоря, я про это не помню. Я обесцениваю, к сожалению систему наград. К «сожалению» я говорю потому, что любое обесценивание — это скорее недостаток, чем достоинство. Единственное, что я помню, связано в первую очередь с моей практической работой и во вторую очередь — с человеком, которого я очень люблю и которая после Л.А. Венгера была заведующей нашей лабораторией, Ольгой Михайловной Дьяченко. Исследовательский коллектив, в котором я работала, в связи с Программой «Развитие» получил премию Правительства РФ. Вот это я помню.

Татьяна Владимировна, параллельно с работой в МГППУ Вы еще чем-либо занимаетесь?

Да. Это бывают и корыстные, то есть оплачиваемые, и бескорыстные, в смысле неоплачиваемые, консультировании. К сожалению, это случается периодически, поскольку организационной структуры, в которой я могла бы приложить свои силы, у меня нет.

Однако я иногда катаюсь в «горячие точки». Мне неловко сейчас об этом говорить, потому что и искренние побуждения, и некоторая профессиональная компетентность (да и ноги пока еще ходят) позволили мне поехать в несколько таких мест. Но очень часто — как это случилось, в частности, с Бесланом — это превращается в некое знамя. Я понимаю это как то, что должен делать практический психолог, поэтому про такого рода мою деятельность я упоминаю, но подробно говорить не хочу.

Венгер А.Л., Лаврентьева Т.В., Бардина Р.И. на конференции, посвященной 80-летию Л.А. Венгера.

Вы с удовольствием принимаете участие в конференциях, семинарах, международных встречах?

Терпеть ненавижу! По нескольким причинам. Зачастую все эти конференции, семинары носят формальный характер, и мне бывает там неинтересно. Я всегда и смолоду позволяла себе оттуда уходить. Тогда, когда мне интересно, я бываю; по обязанности тоже приходится бывать. Но сказать, что это любимый вид моей деятельности, я не могу.

Каковы Ваши профессиональные и творческие планы на ближайшее будущее?

У меня есть один творческий план. Я бы хотела для себя, собственных внуков, и, может быть, еще для кого-нибудь написать книжку про то несоответствие между понимаем ребенком мира и себя в этом мире и пониманием взрослого человека. Скорее это был бы некий публицистически-литературный очерк, чем психологический.

Профессия психолога Вам помогает или мешает в жизни?

По счастью, мне представляется, что я могу отделить себя от своей профессии, хотя это удается с достаточным трудом. Я считаю, что у психологов есть масса недостатков психологического свойства, к числу которых относится некий психологический снобизм, с одной стороны, с другой стороны, — видение мира через очки психолога. Я думаю, что это ограничивает возможности психолога. Хотя с другой стороны, я себя теперь не мыслю без этой профессии. Мне лично так же как я, надеюсь, людям, с которыми мне приходилось встречаться и работать те мои психологические знания, которые у меня есть, помогают.

Какими качествами, по Вашему мнению, должен обладать хороший психолог?

По моему мнению, психолог должен обладать в первую очередь хорошим образованием, но не сточки зрения формального образования. Это должно быть широкое гуманитарное образование и наиболее точное в области психологической. Попросту говоря, человек должен быть образован литературно, хорошо бы и музыкально, хотя хорошо было бы, если бы он и в живописи разбирался, но при этом, та часть, которая относится к психологии, должна быть точной и углубленной.

Теперь про личностные черты психолога. Я думаю, что здесь обучение каким-то образом должно быть ориентировано на то, как обучают священников, мул. Я не знаю, как это делается, но психолог должен быть толерантным (хотя есть замечательное слово в русском языке «терпение», «терпимость»; как известно, «терпение», «терпимость» — это вещи разные). Психолог, с моей точки зрения, должен быть рефлексивным человеком. Психолог, безусловно, в зависимости от той области, которую он выбирает, должен понимать пределы своей компетентности, потому что, когда (особенно в практической психологии) человек, занимающийся подростками, начинает заниматься детьми дошкольного возраста, психотерапией со взрослыми и одновременно психокоррекцией с детьми, с мой точки зрения, — это непонимание пределов своей компетенции.

Что еще хорошо было бы, чтобы было у психолога? При том, что самые разные психологи (я говорю о практической психологии), самого разного личностного склада занимаются практической психологией, я думаю, что каждый из них должен понимать, кто из них штучный товар, а кто просто ремесленник. Я думаю, что теперешняя широкомасштабная «выпечка» психологов без тех процедур, которые необходимы, чтобы классифицировать психолога по принципу социальный работник или, допустим, психолог, работающий в области психокоррекции, психолог, работающий в области психотерапии, не оправдывает себя, когда один человек выполняет самые разные функции. Слишком много психологов, не проходящих все необходимые процедуры, позволяющие психологам работать с людьми. Я думаю, что это неправильно, и надеюсь, что это изменится.

Что такое детская психология?

Я не совсем понимаю суть вопроса.

Есть определение детской психологии — общие закономерности развития детей и их индивидуальные особенности. Я придерживаюсь этого определения. Другое дело, что за этим определением лежит столько разных теорий, разных подходов.

Существует, однако, термин «психология развития», но дело в том, что «психология развития» — это изобретение нашей отечественной психологии. Во всем мире существует «детская психология», и определяется она как выявление общих закономерностей и индивидуальных особенностей. Психология развития возникла в связи с исследованиями Ж.Пиаже и спором Л.С. Выготского с Ж.Пиаже, поэтому существует психология развития. В прежние советские времена психология развития относилась только к детям, а теперь добавили: «Психология развития. Акмеология», т.е. наука про всего человека, о том, как он развивается. Я думаю, что больше нигде в мире такого предмета просто нет, а вот предмет «Детская психология» есть.

Насколько важна профессия детского психолога для настоящего и будущего?

Поскольку я детский психолог, я думаю, что это самая важная профессия. Но на самом деле я думаю, что важность прежде всего определяется тем, насколько компетентен детский психолог и насколько ему удастся в своей деятельности просветить народонаселение, насколько ему удастся расширить сознание взрослого с целью того, чтобы взрослые понимали: ребенок — это не маленький взрослый, чтобы это совсем другое, чтобы они учитывали те самые возрастные и индивидуальные особенности, которыми занимается детская психология и детский психолог как инструмент науки и практики.

Какие возможности предоставляет факультет ПО для того, чтобы воспитать хороших психологов?

Мне сложно ответить на этот вопрос, потому что я человек своего времени и помню, как учили нас. Учителем у меня был А.В. Запорожец, а потом Л.А. Венгер, и можно было весьма тщательно, скрупулезно и обдуманно подходить к самым разным проблемам детской психологии. Поэтому мне трудно ответить на этот вопрос. Каждый меряет собой и психолог тоже. Но я думаю, в целом, то, что происходит на факультете «Психология образования» по мере развития этого факультета скорее носит позитивный характер. Он постепенно становится лучше. Единственное, что мне кажется неправильным здесь, — это масштаб и объем «выпечки» психологов, потому что и педагогический процесс при таком масштабе и «выпечке» не может быть, с моей точки зрения, качественно обеспечен. А в целом, понимая эти недостатки, я всегда говорю: «Даже такое массовое обучение всегда лучше, чем отсутствие его, потому что таким образом невольно и происходит общая психологизация населения». Только было бы хорошо, если бы она была грамотной. А это зависит от того состава преподавателей, которые здесь преподают, и от требований, которые предъявляются к обучающимся здесь студентам.

Интервью записала: Блажко Любовь
16 июня 2005 г.